Статьи
Грузия и Дагестан – история и современность

С конца двадцатого века возросла роль информационных технологий в международных отношениях, формируя новый уровень связей между странами и народами. Принято так, что событие весомо, когда о нем широкой публике рассказали средства массовой информации. 

Эльвира Горюхина

Дагестан в беседах и сочинениях молодого поколения. 

"Дружба народов", 2010. №9

К 10-летию разгрома бандформирований, напавших на Дагестан в 1999 году. Двадцать четыре часа из жизни мужчины.

4 сентября 1999 года начальнику Новолакского РОВД майору милиции Муслиму Даххаеву позвонили из МВД Дагестана и сообщили о том, что боевики Хаттаба и Басаева, отброшенные в августе месяце из Ботлихского района, скапливаются в чеченских селах, граничащих с Новолакским районом.  

Российско-кавказская аномалия

Кавказ всегда был сложным регионом России. Здесь в небольшом пространстве смешались религии, народы и этнотерритории

Для отображения этого элемента необходимо установить FlashPlayer.
Главная → Статьи

«Кавказский дом». Круглый стол

18 июля 2011 - Администратор


Сулиета Кусова - генеральный директор Центра этноконфессиональной проблематики при Союзе журналистов РФ
Мурат Шихсаидов- зам. Председателя правительства РД, министр сельского хозяйства
Надира Исаева - главный редактор газеты «Черновик»;
Сайгитали Абдуразаков -
Сайпула Пирилов
Алклыч Алклычев

Сулиета Кусова: Уважаемые друзья, мы снова в эфире, «Кавказский дом» в гостях у РГВК, который любезно предоставил нам возможность поговорить с дагестанским зрителем о насущных проблемах. Мы будем говорить об экономике. Условно назвали этот круглый стол «Экономика должна быть…». Ещё в недавние советские времена всем был памятен тезис «Экономика должна быть экономной». Он тогда тоже звучал достаточно нелепо, но сегодня вопрос стоит гораздо фундаментальней: «Быть или не быть экономической самодостаточности региона?», «Быть или не быть экономической самодостаточности Республики Дагестан?».
Уважаемые коллеги, прежде чем мы начнём наш разговор, нужно вспомнить, что произошла перемена в конфигурации власти. Мы уже живём в Северокавказском округе. Не будем сомневаться, что нас отлучили от ЮФО исключительно из благих соображений, для того чтобы мы могли более сконцентрировано решить собственные, северокавказские проблемы. Давайте вспомним о том, что в своём послании Дмитрий Анатольевич Медведев заявил о необходимости инновационного прорыва. Это не просто социально - экономическое развитие страны, мы и так отстаём уже от всего мира, от инновационных стран. Я боюсь, что понятие «инновация» может стать цитатой, как в советское время было принято ссылаться «в свете решений 24-го съезда» и «25-го» и т.д. Давайте поговорим о возможностях инновационного прорыва РД, потому что на самой первой встрече с журналистами новый руководитель округа А. Хлопонин сообщил очень для нас интересную новость, что Северный Кавказ будет иметь свою собственную стратегию развития. Всем республикам предложено пересмотреть свои стратегии. Давайте начнём разговор с темы: Инновация: возможна ли она сегодня для Дагестана? Что значит пересмотр стратегий, насколько это реально и оправдано и быть или не быть экономике?»
Мурат Шихсаидов: Раз уж вы вспомнили советский период, я бы хотел с него начать. В советский период Дагестан был самодостаточной республикой, не был субсидированным органом, а, наоборот, был донором СССР.

Сулиета Кусова: Он был донором, значит, потенциал есть?
Мурат Шихсаидов: Потенциал есть, и потенциал огромный. Этот потенциал бы сведён к нулю в связи с чеченскими событиями. У российского руководства было такое мнение, что Чечня, Дагестан могут отколоться от России. Сюда направлялись мизерные средства. Я проанализировал прошлогодние цифры по всей России: сколько средств было направлено в агропромышленный комплекс, какова была отдача.
Сегодня Дагестан занимает второе место в РФ несмотря на то, что наши показатели очень низкие. Они меня как министра сельского хозяйства не устраивают. Мы по объёмным показателям, к примеру, по овцеводству, - на первом месте в России, по крупному рогатому скоту - у нас третье место, по производству винограда - третье место и т.д. У нас есть возможности для наращивания объема показателей. Дагестан в советский период являлся основным поставщиком сельскохозяйственной продукции в промышленные центры страны. Это овощная продукция - мы производим более миллиона тон овощей, виноград. Мясо и сегодня мы продолжаем поставлять. Но, к сожалению, вся продукция идет в свежем виде, а не в переработанном. Если мы будем развивать свою консервную промышленность, переработку, то на каждый рубль произведённой продукции мы получим дополнительные, как минимум, пять рублей. Вот вам и налоговая база, и занятость людей, и заработная плата.
Сулиета Кусова: Вы довольны ситуацией, складывающейся сегодня в аграрном секторе, в сельском хозяйстве? Не тем, что мы можем, а тем, что есть на самом деле?
Мурат Шихсаидов: Крайне недоволен.
Сайгитали Абдуразаков: Нужно обратить особое внимание на продуктивность. Какая может быть племенная корова, если она не даёт даже двух тысяч литров молока? Приходится их обеспечивать, и мы, конечно, дотируем производство. Нужно обратить внимание еще на кое - какие нюансы. Например, нигде не закупается шерсть. 15 рублей стоит килограмм шерсти. Получается, нет необходимости содержать овцеводство. Сейчас многие содержат личное подворье. Люди закупают мясошёрстную породу овец. Шерсть не нужна, её стригут, чтобы избавить овцу от шерсти. Больше затрат идёт на прессование, её реализацию, перевозку, чем на выручку.
Сулиета Кусова: Я так понимаю, что всё-таки овцеводство существует в Дагестане. Наверное, не в тех количествах, как это было раньше, но с овцы мы получаем практически только мясо. Что мы получаем от коровы?
Сайгитали Абдуразаков: В племенном хозяйство и не племенном, мы получаем 1700 л. молока с одной коровы. А в Москве одних регистрируют только племенное хозяйство, других не считают. И получается, что племенное хозяйство получает дотации - миллионов 20, а другое хозяйство этого не получает.

Сулиета Кусова: Не адресная дотация?
Сайгитали Абдуразаков: Во всех странах сельское хозяйство дотируется. В РФ мы имеем всего 1% дотации от общего бюджета России. А в ближнем зарубежье дотация сельского хозяйства составляет от 18% до 20% бюджета Украины, Белоруссии, Казахстана. Нужно тщательно разработать методику предоставления дотаций.
Сулиета Кусова: Вы обозначили важную проблему. Дотации все же идут в бюджет сельского хозяйства. Далее республика их распределяет не так адресно, чтобы они могли эффективнее сработать. Если бы на племенное разведение скота отдавалось ровно столько, сколько нужно, было бы хорошо. Мурат, скажите, что такое 1%? Вы бываете в столице, вы защищаете там ваш бюджет?
Мурат Шихсаидов: Проблема овцеводства - это не проблема только Дагестана, это проблема всей страны. В чём проблема? В том, что наша шерсть цену не имеет, потому что из Австралии завозится большое количество шерсти. Кто-то нашёл пути выходы, нашёл кормушку. То же самое можно сказать и о проблеме с овощами. Когда у нас был Гордеев, министр сельского хозяйства, мы его угостили нашим виноградом. Он попробовал и возмутился, обратился к своим специалистам: «Уважаемые друзья, что вы делаете? Мы в Москве едим мыло, вот настоящий виноград». Должна быть целая государственная политика. В чём она заключается? Нужно в период созревания продукции и тогда, когда у нас производится шерсть, иметь гибкие таможенные пошлины и организовать закупку у нас в стране. В прошлом году проводились скачки на приз президента России Дмитрия Медведева. Нас попросили вместе с краснодарцами привести сельхозпродукцию. Краснодарская делегация ни мясо, ни овощи, даже вино своего производства не поставили на стол. Продукция оказалась некачественная, загрязнённая. А наша продукция прошла, и мы получили благодарность.
О субсидиях Сайгидали полностью прав в том плане, что эти субсидии выделяются через министерство сельского хозяйства России постатейно, и изменить что-то внутри республики мы не можем. Если бы министерство определяло сумму субсидий на Дагестан и мы сами определяли постатейно для дальнейшего утверждения в министерстве сельского хозяйства России, это было бы более эффективно.
У нас есть овцеводство, мы единственная республика в России, которая занимается перевозкой овец с горных на летние пастбища и с летних на горные. На кизлярских пастбищах нагрузка на кормовые угодья очень высокая. Постепенно пастбища приходят в упадок. Если мы не будем заниматься перемещением поголовья овец, мы скоро останемся без этих земель. В министерстве России приняли решение больше не субсидировать овцеводство. С этого года у нас не будет перевозки. Если своевременно не принять меры, отрасль будет уничтожена. Мы за два-три года уничтожим овцеводство, садоводство и виноградарство. Настолько глупое решение принято. Мы субсидировали только посадки, не менее пятидесяти гектаров в горной зоне, тем самым практически ликвидировали садоводство, потому что пятьдесят гектаров разом даже крупное хозяйство, крупный инвестор, не может посеять, т.к. площадей нет. Люди сажают по два, по три гектара. Это и проблема занятости. Такие иногда неправильные решения из центра приводят к тому, что целые отрасли сельского хозяйства мы вынуждены закрывать.
Сулиета Кусова: Драматический итог.
Надира Исаева: Официальная статистика говорит, что у нас 38 тыс. ЛПХ (личных подсобных хозяйств), что треть нашего населения – это работники сельского хозяйства. При наличии 38 тысяч личных хозяйств мы полностью можем обеспечить себя продукцией.
Мурат Шихсаидов: Мы поверхностно полагаем, что не обязательно, чтобы каждый регион полностью обеспечивал себя сельскохозяйственными продуктами. В советский период было именно общественное разделение труда каждого региона. Нам невыгодно сегодня производить зерно в том количестве, которое необходимо. Нам нужно до миллиона тонн зерна. Производим по 22 центнера, когда как в Ставропольском крае получают по сорок центнеров. Себестоимость зерна - копейки, легче зерно завести оттуда и раздать хозяйству. Такое общественное разделение приводит к тому, что мы шарахаемся из стороны в сторону. Очень хорошо, если будет принята северокавказская стратегия развития, тогда мы будем друг друга дополнять.
Мы будем поставлять виноград, который у нас хорошо растёт, будем поставлять виноматериалы, качественные плоды, а извне будем завозить ту же самую молочную продукцию, зерновые и т.д.
Надира Исаева: Треть работающего населения у нас работники сельского хозяйства, и тем не менее, мы сами себя не обеспечиваем. При этом говорим о дотациях. Во-первых, дотации можно по-разному раздавать, можно на готовую продукцию раздавать или на посадки. Вы, когда пришли работать министром сельского хозяйства, пересмотрели программу развития виноградарства и уменьшили на неё дотации, существенно уменьшили. Почему? Потому что деньги, которые раздавались на посадки, непонятно куда шли. То же самое, я думаю, можно сказать об овцеводстве. У нас где-то четыре миллиона овец, на каждого дагестанца приходится две овцы. Вы констатируете состояние овцеводства, которое неконкурентоспособно из-за таких издержек. Давайте не бояться отказываться от этой отрасли, давайте перейдём на животноводство. Нельзя оценивать сельское хозяйство как способ занять население. Люди в горах уже не живут. Нужно говорить о кооперации сельского хозяйства. Опять же возвращаюсь к деньгам. Читаю интервью Гитиномагомеда Гаджимагомедова, руководителя «Россельхозбанка». Он говорит, что девять миллиардов рублей у нас в кредитном портфеле. И этот кредитный портфель он раздаёт тем самым 38 тысячам ЛПХ, которые записаны в Росстате. Возникает вопрос: а сколько лет программам Россельхозбанка? Он говорит, что этот банк существует в Дагестане 10 лет. Из них как минимум последние четыре года идет активное кредитование сельского хозяйства. За четыре года нельзя было получить какой-то заметный эффект? Давайте поищем, где здесь 38 тысяч ЛПХ. Предположим, каждый из них наймет три человека. Сколько можно было бы реально занять рабочих в сельском хозяйстве и определиться чётко с приоритетами?
Об овцеводстве пора забыть. Надо говорить о виноградарстве, рыбоводстве, животноводстве. В одном из интервью газете «Черновик» вы говорили, что состояние земель у нас не очень хорошее. Наверное, уже пора проводить некую ревизию состояния, дать оценку земель: для чего они годны, для чего нет, каких вложений потребует эта земля для того, чтобы привести её в состояние готовности для производства сельскохозяйственной продукции.
Сулиета Кусова: Надира, я думаю, что мы не можем перестать заниматься овцеводством. Дело в том, что это комплексная программа сельского хозяйства. Она связана, с сохранением среды обитания народа. Мы горцы воли человек спустился вниз и поменял место жительства, это значит, он забросил огромную территорию. Горы не могут существовать без человека. Мне кажется в таком регионе, как наш, нельзя отказаться от частных хозяйств и больших хозяйств. Именно там, в горах, они будут сохранять среду обитания. Директор Северокавказского сельскохозяйственного института Абаев написал блестящую статью по поводу полевых исследований о том, что происходит сегодня с альпийскими лугами в горах. От того, что не перерабатываются луга через деятельность человека, животного мира они опадают, и эта красота становится губительной для почвы гор. Там нет сока микрофлоры, чтобы он перерабатывал альпийское многоцветие. Так что проблема овцы - это не только проблема шерсти, мяса. Это ещё и сохранение горной территории.
Сайгитали Абдуразаков: Надира сказала: «Давайте перестанем заниматься овцеводством». Испокон веков наши деды этим занимались. Дело не в том, выгодна или не выгодна овца. Каждый человек, живущий в горах, имеет хозяйство, другого дохода у него нет.
Надира Исаева: Только что вы сказали, что государство отказалось от дотирования этой отрасли, давайте учитывать внешний фактор.
Сайгитали Абдуразаков: Тогда республике нужно найти выход.
Надира Исаева: Есть такое выражение: «Иногда движение вперёд начинается с удара сзади». Актуально в ситуации, когда федеральный центр в принципе признал, что мы не умеем заниматься овцеводством, и отказал нам в этом.
Сулиета Кусова: Не всегда разумно то, что федеральный центр предлагает.
Мурат Шихсаидов: Федеральный центр отказал не только Дагестану в развитии овцеводства, он отказался стране в целом. Сегодня система дотации полностью изменилась. Если раньше выделялись средства, предназначенные под отрасли, то сегодня средства выделяются только под кредиты. Получил кредит, отработал, тебе субсидируют стопроцентную ставку. Не потому что овцеводство выгодно или невыгодно, - сама стратегия изменилась, это первое. Второе: если мы ликвидируем овцеводство, чем людей кормить? А пастбища останутся неиспользованными. Третье: в корне неправильно, что в Дагестане неэффективно ведение сельского хозяйства. На любом уровне я докажу, что более эффективной отрасли, чем сельское хозяйство в Дагестане, нигде нет.
Алклыч Алклычев: Надира права, что нужно менять способы хозяйствования, интенсивность и т.д. Мы спорим о том, что должны разделить личные подсобные хозяйства, хозяйства другого характера, поскольку есть более крупные и т.д. Люди всё равно будут держать мелкий рогатый скот. Есть и другие проблемы при интенсификации овцеводства. В частности, эрозия почвы и так далее. Ещё в советский период Киргизия столкнулась с этим. Нельзя говорить однозначно и запрещать нельзя.
Надира Исаева: Дело не в запрещении.
Алклыч Алклычев: Я имел в виду, отказаться нельзя.
Надира Исаева: Отказаться нельзя от приоритета экономики?
Алклыч Алклычев: Отказаться от овцеводства в Дагестане неправомерно, потому что по всем показателям у нас эта отрасль развита.
Сулиета Кусова: Здесь нужно учитывать, как говорили в старые добрые времена, человеческий фактор.
Мурат Шихсаидов: Причина не в том, выгодно овцеводство, невыгодно. Невыгодно потому, что нет спроса на шерсть. У нас сегодня нет текстильной промышленности. Ту шерсть, что заготавливают у нас, уже некуда девать.
Мы предлагали другой вариант: использовать нашу шерсть для военного обмундирования, для шинелей и т.д. Нет, привозят извне, и кто-то этим пользуется. Мы пытались участвовать в тендерах по поставкам мяса, другой сельхозпродукции для военных организаций. Но там серьёзные откаты. Нам легче договориться за пределами страны и решать там вопросы, чем внутри. Живой пример - хасавюртовский консервный завод. Если все остальные заводы пользуются красителями, другими продуктами из-за рубежа, то хасавюртовский завод на 70% производит продукцию из нашей переработанной готовой продукции, свежей. Сегодня мы не могли выйти на рынок. Ребята наши - молодцы, нашли выход. Поверите ли, сегодня первая продукция была отгружена в Китай.
Сулиета Кусова: Китай, который мы ругаем за то, что он нам столько химии в страну привозит во всех видах, от нас получает экологически чистый продукт.
Алклыч Алклычев: Свои продукты они не вывозят, по-моему, у них под запретом вывоз продуктов. Есть так называемая политика протекционизма, которой можно было бы эффективно заниматься, но здесь вопрос стоит в несколько иной плоскости. Дело в том, что сейчас мы собираемся вступать в ГТО и перед сельским хозяйством, в том числе и региональным, опять встанут проблемы. Те издержки, которые есть в сельском хозяйстве, не дают эффективно развиваться. Если мы опять вернёмся к ЛПХ, то не знаю, как насчёт мелкого рогатого скота, но крупный рогатый скот очень тяжело содержать. Это и проблема заготовок кормов, и другие проблемы, т.е. если крестьянин пересчитает, поймет, что ему невыгодно. Был период, когда было выгодно. Сезонные колебания, сама коньюктура рынка очень подвижна, и гибко проводить политику в сельском хозяйстве не всегда удаётся. Я соглашусь с Надирой, что у нас есть и виноградарство, которое можно с большим приоритетом использовать, и другое. Нужна отдельная программа. Она разработана имеется у министерства. Её следует удачно вписать в стратегию Северокавказского Федерального округа. База есть, менять ее особых проблем не будет. Что касается сельского хозяйства, то решения нужно принимать, согласовывая с отраслями отдельно по регионам. У нас на экономическом совете тоже возник вопрос, почему через отраслевые стратегии не пропустить эту ситуацию, а потом уже во взаимодействии с регионом придти к единой стратегической позиции.
Сулиета Кусова: Как я понимаю, вы настаиваете на создании общей окружной стратегии региона, которую сначала проработали бы республиканские специалисты, и на базе этого верстали бы уже общую программу.
Алклыч Алклычев: У нас дотируемое сельское хозяйство, откуда оно дотируемо? Из федерального бюджета. Через какую структуру дотируется сельское хозяйство? Через Минфин и Минсельхоз. Вернёмся к советскому опыту. Если мы посмотрим на темпы роста брежневского застоя, Китай - это будет ничто. И в других отраслях, например, в электроэнергетике, не так всё плохо было. Возьмем цифры. Если посчитать темпы роста электроэнергетики, сельского хозяйства, например, с 1965 года и до 1980-го, увидим, что тот прорыв, который даёт Китай, не сравним с тем, что мы давали в своё время, во время застоя.
Сулиета Кусова: У нас в гостях Сайпула Мансурович. Как вы выживаете сегодня? Ведь вам досталось больше всех. Если земля продолжала плодоносить и овцы по ней худо-бедно ходили, то что случилось с этим достаточным количеством заводов, которые некогда были в российском промышленном комплексе? И возможна ли реанимация этого комплекса?
Сайпула Пирилов: В советский период, действительно, Дагестан не был дотационной республикой. И именно в советский период в Дагестане было создано большое количество промышленных предприятий, которые представляли практически все отрасли промышленности. Дело в том, что из авиационных предприятий сегодня в республике функционирует лишь треть. Это «КЭМЗ»,Кизлярский электромеханический завод, Буйнакский агрегатный завод и наше предприятие «Авиаагрегат». Надо отдать должное тому, что руководство нашего предприятия своевременно поняло, что после конверсионных лет пошли иные процессы, крупных оборонных заказов нам ждать не придётся. Естественно, мы поняли, что и у республики не будет возможности оказывать поддержку нашим промышленным предприятиям. Начали интенсивно разрабатывать новые виды продукции. В последние годы начали автомобилестроение, т. е. стали изготавливать автокомпоненты для предприятия «Автоваз» и других автомобилестроительных предприятий России. Мы пошли по разработке наукоёмкой продукции. Это инновационная технология. Производителей простейшей продукции в стране много. Любой регион России сегодня не хочет, чтобы производство с тех или иных узлов ушло в другие регионы. Все заинтересованы в развитии своего производства. Вот мы нашли свою нишу на рынке. Наиболее удачным нашим изделием оказался электромеханический усилитель руля. Нужно отдать должное также инженерной мысли нашего инженерно-технического персонала. Когда был объявлен конкурс по разработке этого изделия, наше предприятие вышло победителем. В этом конкурсе участвовали такие предприятия, как «МПО-Энергия», выпускающее, кстати, космические двигатели, многие автомобилестроительные предприятия.
Это изделие обеспечило нам прорыв в 2005-2008 годы, но в результате кризиса мы поняли, что нельзя делать упор только на разработку одного изделия. У нас сейчас параллельно разрабатывается стартерно-генераторное устройство, созданы образцы, которые проходят соответствующее испытание. И на данном этапе идёт совершенствование программного обеспечения изделия, что в дальнейшем позволит производить гибридные автомобили, которые экономят топливо.
Сулиета Кусова: Это всё ваши конструкторы делают?
Сайпула Пирилов: Да, наши конструкторы. Мы сотрудничаем и с научно -производственными институтами.
Сулиета Кусова: Но это ваша инициатива. Значит, есть ещё потенциал. Это и есть инновация или некое вписывание в рынок?
Сайпула Пирилов: Все изделия, о которых мы говорим, являются новинками в автомобилестроении. В зарубежных автомобилях они появились недавно, в последние пять-восемь лет. Что касается стартёрно-генераторного устройства, то его аналог устанавливается на некоторых иномарках, в том числе японских. Практика показывает, что они дают соответствующий эффект.
Сулиета Кусова: Сбыт нашли?
Сайпула Пирилов: Сбыт есть. В том числе и на стеклоочиститель, и на стеклоподъёмник.
Сулиета Кусова: У меня такой политический вопрос: а даже при условии, что сегодня заработает авиапромышленность, и вы снова будете востребованы, пойдёт ли заказ в Дагестан? Не побоится ли Россия закладывать важные стратегические заказы в такой непредсказуемый Дагестан?
Сайпула Пирилов: В данном случае речь не должна идти о том, откажется ли политическое руководство страны от сотрудничества с Дагестаном. Россия и Дагестан – одно целое. Наши предприятия всегда показывали, что работают на уровне и выпускают высококачественную продукцию и притом очень дешёвую. А что касается авиационных заказов, то мы имеем эти заказы и сегодня, например, на средства наземного обслуживания. В республике необходимо начать выпуск крупного, конечного продукта: автомобили, автомобильные двигатели. В этом случае мы могли бы скооперироваться с другими нашими предприятиями и обеспечить их соответствующими заказами. Следует сказать, что с появлением в правительстве Мухтара Меджидова эта работа достаточно оживилась. Он в составе нашей делегации ездил в Китай, и там были подписаны протоколы о намерениях, оформлены контракты размещения в Дагестане автомобилестроительного предприятия на базе наших новых незавершённых строительств, производственных корпусов и т.д. Вопрос пока упирается в финансирование, но, я думаю, вопрос этот в ближайшее время будет решён. Программа под руководством Меджидова даст реальные возможности для промышленных предприятий, для возрождения производства. В программе могут быть задействованы «КЭМЗ», «Дагдизель», завод «Дагзета», радиозавод «Избербашский», «Электросигнал» г.Дербента. Необходимо инвестирование этих проектов, потому что они будут настолько грандиозные, что экономика республики будет развиваться при их реализации достаточно интенсивно.
Надира Исаева: Вы говорите об оборонке. Это прямой оборонный заказ или межхозяйственные связи?
Сайпула Пирилов: Есть прямые оборонные заказы, и есть оборонные заказы других оборонных предприятий, которые выпускают конечную продукцию, скажем самолёты, вертолёты и т.д. Поэтому мы рассматриваем их как оборонные заказы.
Надира Исаева: Вы ловко ушли от моего вопроса. Я считаю, что если бы это были межхозяйственные связи, то было бы приемлемее для вас, как предприятия, которое само выходит на рынок. Вы все время говорите «оборонка», но тем не менее из ситуации вы вышли, уйдя из оборонки, т.е. ушли от вечного нытья, что у нас нет оборонных заказов. Годы, когда у нас у всех было достаточно денег, я условно называю тучными. Вот за это время вы накопили инвестиционные ресурсы, и от каких программ вы отказались? Есть ли у вас достаточный жировой запас, чтобы пережить время и переориентироваться, расширяться?
Сайпула Пирилов: Жировые запасы наши иссякли в результате экономического кризиса. Мы достаточно неплохо жили, направляли собственные средства на инвестирование, на производство, на разработки, на усовершенствование технологических процессов. Но я думаю, что в ближайшее время финансовые вопросы будут решены, может быть, путем кредитования, хотя кредиты у нас в стране до сих пор недоступны. Во-первых, проценты достаточно высокие, во-вторых, федеральное руководство направило грандиозные средства на банковскую и олигархическую структуры. Они не дали должного эффекта, и для промышленных предприятий республики до сих пор кредиты недоступны.

Сулиета Кусова: Алклыч Магомедович, когда мы с вами предварительно разговаривали, я спросила: возможен ли инновационный прорыв в Стратегии 2020 г., чтобы выполнить социально экономическую программу? Вы сказали: «Ни за что, никакие инновации нам не помогут выполнить социально-экономическую программу».
Алклыч Алклычев: На сегодняшний день так и есть. Нам прежде всего нужно решать социальные проблемы. В республике социальный балласт очень тяжёлый. Учитывая политическую ситуацию, у нас «не до жиру, быть бы живу». Финансовый кризис часто упоминают. Естественно, он на ком-то отразился, на ком-то не очень. Чтобы создать инновационную экономику создать, недостаточно инициативы сверху, для этого нужны кадры. Здесь Сейчас технические вузы качественных специалистов не готовят. Кто будет создавать эту инновационную экономику? Второй вопрос заключается в том, как вкладываются финансы в инновационную экономику. Если мы посмотрим на Китай, который выкупил «Вольво» и будет развивать свою автомобильную промышленность, то мы вынуждены создавать совместные кооперации. «Автоваз», наверняка, по этому пути пойдёт, да и все остальные предприятия. Поэтому, к сожалению, в инновациях мы отстаём. Дело в том, что у нас очень большая страна, с очень разнообразными условиями. Инновационную экономику проще создавать в малых странах.
Сулиета Кусова: Я считаю, что это важное мнение ученого человека, который понимает закон экономического существования. Важная деталь, которую я бы хотела подчеркнуть: социально - ориентировано и в экономике, и, тем более, в сельском хозяйстве. Мы с Сайгитали говорили о том, что когда он был председателем колхоза, вся инфраструктура в селе шла от колхоза: и дом культуры, и фельдшерский пункт. Надира представляет некий техногенный подход к сельскому хозяйству, а Мурад Шихсаидович -типичный аграрий земли, который знает, что есть реальность. О людях бы нам не забыть. Мы только обозначили проблему, мы не могли решить всё, но какие-то узловые вещи у нас прозвучали. Ваши пожелания.
Сайгитали Абдуразаков: Совершенствовать организацию управления производством. Агрофирмы, холдинги создавать, чтобы они сумели внедрить новую технологию. И необходима дотация, поддержка сельского хозяйства.
Надира Исаева: Наш разговор завершился мыслью, что нам далеко до инноваций. Нам бы провести интенсификацию сельского хозяйства. Но всё же следует вернуться к теме инновации и не понимать узко этот термин. Есть необходимость организационных решений. Не тянем мы, к примеру, капиталоемкие отрасли, нет у нас инвестиций. Видимо, надо проявлять изобретательность. Очень часто здесь говорилось «Россия», «Дагестан». Я хотела бы подчеркнуть, что Россия и есть Дагестан, и больших россиян, чем дагестанцы я нигде не видела. И я бы больше сконцентрировала внимание на проблеме «центр - регион». Я, когда услышала о создании Северокавказского округа, была в недоумении. Но чем больше времени проходит, тем больше осознаю, что это правильное решение, ибо не все регионы одинаково развиты. Я вижу, что северокавказский регион ждёт большое будущее.
Сайпула Пирилов: Чем сильнее республика будет развита в экономическом отношении, тем лучше будут решаться социальные проблемы. А что касается инновационной политики, я думаю, что республика способна ввести инновационное производство и обеспечивать инновационное развитие.
Алклыч Алклычев: В науке не будет инновационной экономики, наука просто реально хочет посмотреть на вещи. 2020 год покажет инновационный прорыв, поэтому будем надеяться на лучшее и делать для этого всё возможное - каждый на своём месте, прежде всего. Этому должна будет способствовать и общественно политическая и социально - экономическая ситуации.
Сулиета Кусова: Спасибо. Из этих монологов понятно, что нужны, прежде всего, деньги. Без финансирования никуда. Спасибо за то, что были правдивы и попытались обозначить проблему.
 

Рейтинг: 0 Голосов: 0 1686 просмотров

Нет комментариев. Ваш будет первым!